— В связи с Парижем у Вас случился курьез. Давайте начнем интервью с этого факта

Был 1995 год, мне около 20 лет. С двумя моими коллегами и друзьями мы, студенты, были на международной конференции (по астрономии и астрофизике) сначала в Польше, а затем в Нидерландах. Один из моих друзей остался в Голландии у родственников, я же должен был вернуться в Тбилиси. Поэтому я взял билет из Амстердама в Кёльн, откуда затем собирался пересечь всю Германию и Польшу, и через Киев вернуться в Тбилиси.

Поезд, идущий на Кельн отправлялся в 6:33. Я пришел в нужное время на нужную платформу и вижу, что поезд отправляется, сел в него и не сомневаюсь, что еду в Германию. Вскоре я заметил, что большинство пассажиров говорят по-французски. Засомневался, а затем обратил внимание, что солнце, которое недавно взошло, светит слева. Значит, слева Восток, а я еду на Юг. Я оказался в поезде Амстердам-Париж, который должен был выехать с той же платформы, что и кельнский поезд, но в 6:25, но опоздал на 7-8 минут, и выехал точно в том время, в которое должен был отходить «мой» поезд на Кельн. Просто я был настолько уверен в точности движения европейских поездов, что не мог даже допустить вероятность опоздания.

Так я случайно впервые попал в Париж. К счастью, там живет мой дальний родственник. Помню, я позвонил родителям из Брюсселя, чтобы узнать его номер. Тогда уже существовал интернет, но электронная почта и та была не у всех, и социальных сетей не существовало. Этот мой родственник приютил меня на 3 дня, показал мне Париж и влюбил меня и в город, и во Францию и во французский язык, который я решил изучать после этой поездки.

— Если просмотреть Вашу биографию, Вы несколько раз меняли основную деятельность. Почему?

Наука, в частности астрономия и астрофизика, были моими увлечениями с детства. Звезды, планеты, вопросы создания нашей Вселенной настолько интересовали меня, что я не представлял себя в другой сфере. Период учебы в университете совпал со сложным и переломным историческим моментом. Распад СССР, нестабильные 1990-е годы. Страна жила в невыносимых условиях. Как гражданин я понимал, что на этом историческом этапе государственности Грузии надо было делать нечто, необходимое в первую очередь стране. Так я начал работать в МИД Грузии, в департаменте международных организаций, в комиссии по делам ЮНЕСКО. Мне было поручено курировать высшее образование и науку. Таким образом получалось, что на дипломатическом уровне, в системе ООН, я помогал стране устанавливать связи с другими государствами в области высшего образования и науки.

В 1997-2000-х годах в Грузии было тяжелое экономическое положение. В государственных учреждениях были очень низкие зарплаты. Но несмотря на это я ощущал профессиональное удовлетворение от того, что занимаюсь тем, что полезно стране и очень мне нравится.

Что касается моей преподавательской деятельности, которой я активно занимаюсь уже 17 лет, то я считаю, что просветительство представляет собой большую ответственность. Образованное поколение — главный капитал страны. Я счастлив тем, что занимаюсь именно этим. И еще, за годы своей деятельности я познакомился с талантливой и воодушевленной молодежью, которая уже строит новую Грузию.

— Что нужно для дипломатии? (для Ваших профессий)

Профессия дипломата многовекторная. Нужно ежедневно работать над собой. Нелегко продвигать интересы маленького государства на международной арене. Непрерывно приходится следить за текущими процессами в мире и в собственной стране, надо иметь гибкий ум и уметь анализировать.

Еще одна важная сфера моей деятельности — образование, в которой я работаю уже почти 20 лет. Чтобы добиться успеха в этой области, кроме глубокого знания предмета, необходимо любить молодежь, особенно тогда, когда их мнение не совпадает с твоим.

— Какая Вы личность? Как Вы сами охарактеризуете себя?

Это, пожалуй, самый трудный и неудобный вопрос. Стараюсь всегда делать добро. Не мне судить насколько это получается. Люблю быть в окружении друзей, но у меня дефицит свободного времени. Можно сказать, что я плохой менеджер времени и не очень организованный. Мой рабочий стол и кабинет редко бывает в полном порядке. Но несмотря на это я легко нахожу необходимую мне книгу или документ. Или помню, или же интуитивно догадываюсь, где это может быть.

— Насколько я знаю, Вы увлечены классической музыкой.

Любовь к классической музыке была неизбежна. Мои родители окончили вокальное отделение Тбилисской консерватории. Они познакомились на вступительных экзаменах. Их соединила музыка. В период студенчества я тоже начал ходить на уроки вокала, именно к тому педагогу, на уроках которой встретились мои родители. Этого прекрасного педагога и человека звали Ольга Андреевна Сараджишвили. Она была племянницей Вано Сараджишвили — одного из основателей грузинского профессионального вокального искусства. К сожалению, из-за занятости я не мог ходить часто, и поэтому получил немного уроков. Но на уроках высоко-профессионального педагога-музыканта исполнение классической музыки доставляло мне истинное удовольствие.

Классическая музыка способна влиять на наши чувства и менять настроение, она вызывает положительные эмоции и помогает справиться с негативными. Удивительно точно и образно сказал об этом один из выдающихся певцов нашего времени Кауфманн.

Человеческий голос — дополнение к музыке, а пение посыл чувств от одной душе к другой.

Я по сей день день очень люблю ходить в караоке-клубы, особенно исполнять такие произведения, где необходим вокал — неаполитанские песни, репертуар Фрэнка Синатры и Элвиса Пресли.

Меня так увлекала сначала наука (физика, астрономия), а затем международная политика, дипломатия, что, правда сказать, я никогда не думал делать пение своей профессией. Я не жалею о своем выборе, хотя и жалею, что из-за нехватки времени не могу довести голос до необходимой кондиции, как мне бы хотелось. У меня есть музыкальное образование — я окончил 7 классов музыкальной школы по классу фортепиано.

— Кто Ваш любимый певец?

Люблю нескольких исполнителей — как классических, так и эстрадных. Из вокалистов — Монсеррат Кабалье, Лучано Паваротти и Дмитрий Хворостовский. По моему мнению, они лучшие, не только своими блестящими вокальными данными, но и интеллектом и глубиной, что выражается в их певческом стиле и делает их особенно привлекательными. Из эстрадных исполнителей уже почти 30 лет я поклонник ансамбля Queen и Фредди Меркьюри. Вершина — их последний альбом Innuendo, который вышел за несколько дней до кончины Меркьюри.

Вершинами классической музыки для меня являются некоторые фортепианные концерты Моцарта, Бетховена и несколько опер Верди. Это особо любимые мои произведения. Помимо них есть еще многое, что я люблю слушать.

— Когда Вы слушаете музыку?

Чтобы сэкономить время, я пытался слушать музыку во время работы. Но когда музыка мне нравится, я переключаю внимание на нее и отвлекаюсь. Когда же музыка меня не увлекает, она тоже мешает мне в работе, так как я воспринимаю ее как шум. Предпочитаю работать в тишине, а музыку слушать на симфонических концертах, в опере или поздно вечером.

Вообще-то музыка, т.е. «организованная совокупность звуков» — потребность любого человека и продолжение его души.

Сколько можно сказать о человеке в зависимости от того, какую музыку он любит. Музыка — общечеловеческое достояние, ее можно считать языком международной коммуникации. Искусство — обязательная часть духовного развития человека.

Таким образом, во всех сферах искусства, не только в музыке, для меня существуют образцы высокой степени. Какие выделить — полотна Рембрандта или французских импрессионистов, или фильмы Федерико Феллини, Эльдара Рязанова или Милоша Формана? Все это — взлет духовного и интеллектуального ресурса человека. Без искусства человек духовно беден и неполноценен. Конечно, оценка искусства — вопрос индивидуального вкуса.

— Что значит для Вас новый год?

У моих пятерых двоюродных братьев и сестер — 16 детей и 5 внуков. 31 декабря каждого года у меня для каждого выбран подарок. В последний вечер года обхожу всех, и мы вместе веселимся. Кроме них, успеваю навестить и поздравить и детей моих друзей. Но к 12-ти часам я обязательно должен быть дома и Новый Год всегда встречаю с семьей. Позже отправляюсь к друзьям, и мы празднуем вместе всю ночь.

Наше правительство каждый новый год старается создать праздничное настроение у населения, несмотря на неоднородность его социального положения.

— Что говорят Ваши иностранные коллеги, когда они приезжают в Грузию и знакомятся с нашей страной?

В основном они очарованы возвышенной и жизнерадостной тональностью нашей гостеприимности. Нечего и говорить о разнообразии и изобилии нашего застолья. Очень нравится учтивый тон тамады, его красноречие, вовремя прочитанное стихотворение, песня, юмор…. теплое и доброе расположение друг к другу сидящих за столом. Неоднократно говорилось, что грузинский народ в этом плане уникален. Но также отмечают, что чрезмерное изобилие стола превращается в проблему, так как многие яства остаются нетронутыми и, может быть, выбрасываются. И это в стране, где существует бедность. Иногда высказывают пожелания об улучшении сервиса в разных сферах обслуживания. Как театр начинается с вешалки, так и страна начинается с международного аэропорта. Поэтому эти претензии касаются транспортного сообщения между аэропортом и городом, и именно водителей частных такси, которые очень навязчиво предлагают свои услуги иностранцам за астрономические цены.

— Каких людей Вы не любите?

Каждый человек — сын божий. Любить, не любить — трудно решаемый вопрос. Злу, зависти, ненависти воздастся и без нас. Не приемлю невежества и высокомерия. Больше всего ценю в людях искренность, простоту, прямоту и умение прощать.

Беседовала Шорена Папашвили